Наш дедушка 
Приветствую Вас на моём сайте

Зри в корень

Сайт в интернете с 14.12.2017

Делайте сами

/*

Зри в корень

*/

О невинно убиенном

Давно хотел написать о своём дедушке Иване Михайловиче Радченко и его судьбе. Лет пятьдесят назад можно было много узнать о нём от его семерых детей, живших тогда. Время шло, но никому из многочисленных внуков не приходило в голову расспросить родителей о нём, о его жизни. Наши родители не были настроены откровенно говорить об этом. Много лет спустя стала понятна причина этого. Лишь случайные сведения становились известны.

А между тем Иван Михайлович был не робкого десятка, что и стало причиной его гибели. Личная жизнь не задалась с самого начала. Умерла его первая жена, оставив ему двух сыновей Григория и Павла. Жизнь на Украине казалась ему беспросветной, когда женившись второй раз, у него появилось ещё пятеро детей. По словам моей мамы жили они очень бедно. Желание обеспечить семью, вытащить её из крайней нужды заставило искать выход из этого положения. Узнав, что на Северном Кавказе можно взять землю для своего хозяйства, он решил переехать в те края. Этим местом оказался хутор Калиновский в двадцати километрах от города Кизляра тогдашнего Орджоникидзевского края. Это произошло в 1928 году.

Позже Кзлярский район был передан в состав Дагестанской АССР. Ещё позже район вошёл в состав вновь образованной Грозненской области после известных событий, связанных с выселением ряда народов. И, наконец, хутор Калиновский (ныне село Калиновка) вновь вошёл в состав Дагестана, где и пребывает в настоящее время к неудовольствию редеющей русской общины

В начале пути на поезде добрались до Гудермеса, а затем на перекладных до места назначения. Жизнь на новом месте оказалась совсем другой. Не знаю как, но вскоре в семье появилась сельскозозяйственная техника, которую стали сдавать в аренду единоличникам, получая плату сельхозпродутами. В семье появился достаток. Подросшие сыновья Григорий и Павел стали надёжными помощниками в семье.

Так бы и жили не тужили, но пришла беда. В своё время отмену крепостного права простые люди называли бедой. Коллективизацию тоже следует называть бедой, закончившейся полным провалом.

Все крепкие хозяйства разорялись после передачи в общественную собственность, т.е. в колхоз. Особо нежелавшие вступать в колхоз, высылались в места поселения. Их имущество передавалось колхозу.

Наш дедушка до последнего не вступал в колхоз. Не знаю, как ему удалось избежать раскулачивания и выселения. Видимо, он имел немалое хозяйство, послужившее основой колхоза наряду с другими хозяйствами. Мы внуки ещё видели постройки семьи дедушки в сороковые-пятидесятые годы, в которых размещались колхозные школа и ясли.

Во дворе яслей росли два развесистых тополя, на которых на ночь размещались павлины, крики которых разносились по всему селу и никого не беспокоили. К сожалению, детская шалость извела этих прекрасных птиц.

"Шалость" взрослых людей извела трудолюбивых крестьян, из поколения в поколение работавших в своём хозяйстве, растивших детей. С малых лет детей приучали к труду, чего мы внуки уже не почувствовали, живя в колхозе.

Хорошо помнится большой фруктовый сад на Васюках, некогда принадлежавший большому семейству Васюковых, заброшенный новыми хозяевами из райцентра.

В расстрельном деле дедушки есть лживые документы, свидетельствующие о том, что до переезда на Северный Кавказ он имел крупное кулацкое хозяйство, в то время как моя мама говорила мне, что жили они очень бедно. Кроме того, есть документ, свидетельствующий о наличии у него четверых детей вместо имевшихся семерых. Видимо, в то время закон не позволял расстреливать людей при наличии у них семерых и более детей. Путём подтасовки фактов это затруднение легко устранялось.

Не буду вдаваться в подробности дела. Для ознакомления имеются архивные документы. Скажу лишь, что причиной ареста стал донос сельчан Олизаровки о разговорах на актуальные в то время темы и их показания в период следствия.

Многие годы семья жила без подтверждающих документов о судопроизводстве над главой семейства. Это породило в селе слухи о его исчезновении, о том, что в период Великой Отечественной войны он занимался частным промыслом и таким образом уклонился от участия в войне. Сельчане и семья не догадывались, что ещё до войны Иван Михайлович был приговорён к расстрелу Тройкой НКВД.


Размещение сведений о нём в Книге Памяти как о погибшем в годы войны явилось следствием отсутствия документов о суде и приговоре. Справедливости ради следует сказать, что в семье ходили слухи, доносившиеся из Олизаровки, о его гибели. Говорили об этом шёпотом.

Следует также сказать о том, что многие родственники негативно отнеслись к судьбе главы семейства, осуждая его за несвоевременную поездку на малую родину и оставление матери семейства без средств существования. К тому времени четверо старших детей обзавелись собственными семьями. А бабушка была вполне жизнеспособна, чтобы справиться с возникшими трудностями.

В годы перестройки Иван Михайлович был реабилитирован посмертно на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 года "О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40-х и начала 50-х годов".